Последовательное изучение. Первая глава.

Здесь царит тишина, изредка нарушаемая скрипом пера, шелестом страниц или тихим шепотом. Царство книжной мудрости и место для вдумчивой работы.

Гостиная факультета Истории магии.
Ответить
Аватара пользователя
Гхаримм
Преподаватель
Преподаватель
Сообщения: 23
Анкета парсонажа: http://academymagic.ru/corner/user/2654

Последовательное изучение. Первая глава.

Сообщение Гхаримм » 26 апр 2019, 22:39

Магия Природы - М4
Анимагия (Средняя): М3
Магия Стихий: Земля: М3
Магия Пространства: М3
Магия Первоначал: Тьма: М3
Ритуальная магия: М1


Ночь на 7е октября 2018 года по Земному летосчислению.

Широкая лестница, поднимавшаяся подле витражного окна, в несколько этажей высотой, вела в библиотеку, расположившуюся на возвышавшемся над основным уровнем замка этаже Башни Сокровищ Дракона. Увесистые, массивные перила из черненой бронзы, увенчанные сверху лакированной акацией, роскошные ковры кардинальского красного цвета, гобелены, несущие на себе абсолютно неизвестную для него геральдику. Множество фонарей, идущих вдоль перил, или развешанных на стенах, и хранивших в себе обреченные на вечное сияние светосферы, с избытком освещали всё свободное пространство по пути к дверям библиотеки. Даже, поднимаясь, шаг за шагом, всё выше, казалось, что света в замке становилось только больше. Всё это, и многое другое, сплетаясь выглядело на удивление не вычурно, но бесконечно роскошно. И было настолько же бесконечно далеко от понимания друида.

Тем не менее, он вполне осознанно поднимался по этой лестнице. Даже если бы пришлось ступать ему не по устланным ковром ступеням, его шаги всё равно не издали бы и звука. Мантия его, стелившаяся за ним по полу, также не издавала ни единого шороха, позволяя Замку Серебряного Дракона оставаться в полноправной власти ночной тишины.

Не издали также и звука ни петли, ни замок дверей библиотеки. Неспешно пройдя внутрь и затворив за собой дверь, друид оказался в просторном многоуровневом помещении, единственными разделителями которого были массивные дубовые стеллажи, заполненные книгами. В центре каждого из сформированных таким образом секций располагался или обитый шероховатой кожей темных тонов диван, той или иной формы, рядом с которым стоял аккуратный чайный столик, или, изготовленный из такого-же материала, что и полки, массивный стол, окруженный несколькими стульями с мягкой сидушкой и высокой спинкой.

Впрочем, кое-где можно было увидеть и другие конфигурации, будь то специальные столы для черчения, мольберты, поставленные в круг, небольшие группки кресел, покрытых той же кожей, что и диваны, али другие средства для работы или комфортного чтения. В каждой секции располагались удобно размещенные, где лампы, где навесные канделябры, освещая именно с того угла, который был бы наиболее комфортен для той или иной расстановки мебели.

Если, обладая достаточно зорким взглядом, встать в одном из проходов, то можно было разглядеть идущие до самой противоположной стены названия секций, написанные хорошо контрастировавшими на черном фоне позолоченными буквами. Но, прежде, чем направиться к какой-либо из этих секций, Гха-римму нужно было разобраться и составить полный список дисциплин, которые вообще преподавали в Академии.

Неспешно ступая по ковролину более темного, чем на центральной лестнице, оттенка красного, друид прошел в одну из дальних от входа секций, где, расположившись за дубовым столом, вынул из-за пазухи листы с расписанием занятий, проводившихся в Академии за последние два года. После чего, достав из висевшего на поясе мешка книгу из кож и осколок графита, принялся писать.

Разделение на дисциплины, как, впрочем, и ожидал он, сильно отличались от таковых на Фаеруне. Ментальная магия и Эмпатия, бывшие в представлении друида просто иначе сложенной совокупностью школы Иллюзии и Чар, в реалме Академии Серебрянного Дракона были разнесены как две отдельные дисциплины. Ритуальная магия, зельеварение, как, впрочем, и рунная магия также изучались отдельно, хотя были, по сути своей, в его представлении - всего лишь средством воплощения волшебства.

Гха-римм перевернул страницу своей книги. Ему захотелось выписать известные ему школы и средства применения магии на Фаеруне, а потом, по ходу дела сопоставлять их с тем, чему обучали здесь. Вышел почти полный лист. Восемь школ, даже девять, если считать общую магию. Парная магия и магия Круга. Теневое плетение. Зельеварение, его друид сразу же отметил, как имеющее идентичное учение здесь. Магия кристаллов и драгоценных камней. Друидизм, и исходящая из него магия природы. Божественная магия. Дикая магия. - А что, - подумалось ему, - находились же на Фаеруне талоситы, которые просто надрывали ткань плетения, в надежде, что произойдет выгодное им, а не врагу.

После некоторых раздумий, он также внес в свой список еще три пункта. Зверомагию, Контрзаклинания и Высокую Магию. Образы Высокой Пустоши и парящего над бесконечной гладью Анароха город шейдов всплыли вдруг тянущими и пробирающими до мурашек воспоминаниями в голове друида. Отогнав их в сторону, он вернулся к изучению расписания.

Было, как думалось сейчас Гха-римму, что-то правильное в том, чтобы выносить средства воплощения в отдельные дисциплины. Любую из них можно было освоить и вполне успешно применять на Фаеруне, но оглядываясь сейчас назад, он понимал, что любому из этих направлений можно было бы небесполезно обучаться и куда дольше.

Отдельной дисциплиной в расписании стоял Телекинез. Перевернув вновь страницу, он даже не сразу нашелся, с чем его можно было бы сравнить. Наверное, предположил друид, он относился к общей школе, но имел какие-то особенные трактовки и практики здесь.

Самостоятельными дисциплинами были и стихии. Причем разделенные строго по четырём базовым. Гха-римм, в задумчивости почесал себя когтем за правым ухом. Красные маги и на Фаеруне изучали огонь годами, так что, весьма вероятно, был в данном углублении определённый смысл, но, чтобы понять его, ему сейчас не хватало воображения. Да и мысли его были направлены в несколько иное русло. Сделав для себя напротив столбика с магией огня пометку “изучить глубину”, он пошёл по расписанию дальше.

Прорицание и трансмутация, точнее, синонимичная ей трансфигурация, являвшиеся школами и на родном плане, были отдельными дисциплинами и здесь. После всех предшествоваших различий, это показалось ему слишком логичным. Интуиция подсказывала, что необходимо будет более внимательно изучить, чему и как именно преподают в рамках этих учений в Академии. В простых и очевидных вещах порою частенько закрадывались очень важные нюансы. Пожав плечами, друид сделал пометку в книге, и, поднявшись по списку чуть наверх - и напротив зельеварения тоже.

Затем, отложив один красивый белый лист расписания в сторону, он взял следующий. Первым пунктом в нём, помимо уже упомянутых ранее дисциплин, шел шаманизм. Полуорк нахмурился. Разобраться в данном вопросе, как он думал сейчас, было весьма важно. Впрочем, оглядываясь на составленный уже список, можно было легко предположить, что любое из учений в реалме Академии Серебряного Дракона могло накладывать на обучающегося весьма специфические требования. Что-ж, по крайней мере с шаманизмом, было теперь понятно полуорку, что нужно разобраться поглубже.

Следующий пункт расписания, в самом конце листа. Заклинания. Гха-римм с вопросом смотрел на практическое занятие. Бумага не давала ответа. В представлении друида - всё, что творил он, так или иначе, было заклинанием, если не было зельем, символом, волшебной строкой, или ритуалом. Он даже на минуту оставил книгу и листы бумаги с расписанием, чтобы вернуться к центральной аллее. Взглянув вдаль, он отчетливо увидел отделение, с вывеской, соответствовавшей названию предмета. С долгим вздохом, друид, получив ответ, который создавал только больше вопросов, отправился обратно к выбранному им для работы месту.

Чем дальше двигался он по расписанию, тем больше случалось ему натыкаться на повторы. Но вот он наткнулся на лекцию по первоначалам. - Пространство, время и природа? - С вопросом подумал про себя друид. - Нет, подожди. - В голове его всплывал уже дважды увиденный им коридор с указателями групп книг. Природа и первоначала, находившиеся ближе к середине, это он помнил точно, были отдельными категориями. Пожав плечами, Гха-римм сделал для себя пометку, что в первоначалах также нужно будет внимательно разобраться, отложил очередной кусок белой бумаги с расписанием Академии, и перешел к последнему.

Минута, чтобы дочитать последний лист. Еще несколько - чтобы перепроверить, что было на предшествовавших ему. Еще несколько мгновений, чтобы осознать. За последние два года, в данном учебном заведении не было проведено ни одного занятия ни по анимагии, которая, как чувствовал друид, сильно подавлялась в этом реалме, ни по магии пространства, ни по магии природы. Была, конечно, смутная надежда, что о них рассказывали на той самой лекции по первоначалам, но, с каждым мгновением она уплывала всё дальше и дальше.

Рука его рефлекторно потянулась вверх, и, наткнувшись на череп парнокопытного, инстинктивно повела по нему вверх, вдоль носовой полости. Быть может, выходило, что его смутные надежды были развенчаны прямо сейчас, и не найдет он здесь, в этом звенящем магией искусственно возведенном склепе, залитом светом, того, кто мог бы понять его мотивы. Но нет, еще сегодня, или, точнее, Гха-римм, закрыв на миг глаза, прислушался к голосу природы и течению времени, уже вчера, он же общался с Кортни Консал. Девушкой, в которой, как сама она она говорила, был потенциал в магии Природы.

Рука, дойдя до затылка, аккуратно поправила шлем-череп и вернулась на стол. Получалось, у неё просто не было возможности раскрыть свой потенциал. Ни одного занятия за два года. И это при условии, что большую часть реалма покрывал лес. А он приглашен был преподавать друидизм.

Покачав головой, он вернулся к странице, на которой выписал известные ему дисциплины Фаеруна. Магия круга? Или не практиковалась, или не была дисциплиной. Быть может, она была частью магии Ритуалов, но между этими понятиями, по крайней мере в голове Гха-римма, была разница.

- Теневое плетение? Может быть, будет что-то похожее в первоначалах? - Думал про себя он. Тоже ничего однозначно похожего в расписании найдено не было. Текстовая или символьная магия, магия татуировок, - нет. Только рунная магия. Выглядело странно, но, быть может, из-за сильного отличия универсумов, слово магии, написанное на бумаге, работало в этом реалме как-то иначе? Оглядевшись по сторонам, друид, сочтя данную библиотеку, обитель знаний, пропитанную запахами вековых книг, и вековых дум, неподходящим местом для экспериментов, он, перевернув один из листков с расписанием, написал на нем, предвосхищая свои намерения, на целестиане: “Рост”.

Листок этот, впоследствии, был сложен пополам и убран за ворот рукава, так, чтобы белый уголок торчал наружу и привлекал к себе внимание. Гха-римм вернулся к написанному им. Парное плетение. И снова ничего похожего в расписании. Ну, по крайней мере это можно было понять. Родственники-маги - самые частые пользователи подобного проявления заклинаний. Может быть, выходило так, что в Академии Серебряного Дракона ни обучались, ни преподавали одновременно два или более родственника-мага.

- Слишком странное умение, и слишком странное знание. - Подумал про себя полуорк. Мыслей становилось слишком много, и, потому, правильно было бы сейчас сделать передышку. Уже приняв решение, он, всё же кинув в последний раз быстрый взгляд на собственные записи, заложил в книгу осколок графита, и, сложив её, убрал в мешок. Бумаги, которые он принёс с собой, он также, бережно сложив их, отправил следом. Затем он встал, и в очередной раз вернувшись к центральной аллее, с размеченными по темам отделениями, отправился в самый конец, к табличке с надписью “Шаманизм”. Повернув под табличкой налево, Гха-римм, и до этого двигавшийся неспешно, замедлился еще сильнее. Взгляд его скользил по корешкам книг, пытаясь отыскать среди них что-нибудь, что могло бы дать ему понимание о столь тонком, и столь странном предмете.

Но вот взгляд его зацепился за несколько томов в приятно выглядевшем твердом охряном переплёте. “Шаманизм. Цикл лекционного материала. Нюйва Рытхэу”. Когтем указательного пальца левой руки Гха-римм вытянул из ряда первую книгу, после чего, открыв её, на десяток минут, аккуратно поддевая и перелистывая когтем изготовленные из желтоватой, шероховатой бумаги страницы, погрузился в чтение. Оглавления в первом томе, к сожалению, не было, но вступительное слово и первые главы звучали достаточно подробно описывающими по крайней мере те аспекты, которыми объяснялась сущность бытия шаманом.

Полуорк кивнул самому себе. Кажется, книги подходили. Но, это был всего лишь один источник, содержащий абсолютно неизвестную доселе друиду информацию. Этого было недостаточно. Беглый взгляд дальше по полке обнаружил еще несколько томов разной степени толщины. Вот, например. Мелованная бумага, твердый переплет, обитый красным бархатом. “Шаманизм, введение. Катриана Белорская.” Подойдет. Но, быть может, есть еще варианты? Гха-римм задумался над тем, действительно ли он ничего не знал про шаманов. Ведь, как выяснилось позже, он даже путешествовал с одной из них.

Мысленное усилие, вроде дробления ногтем крупицы соли, что сформировалась на камне, и заклинание языков отступило от сознания друида. Взгляд его горящих красным глаз вновь прошелся по полкам, ища знакомые языки. Ну, или, как оказалось в случае с книгой, написанной на рашеми, хотя бы знакомые символы. Торасс. Еще одно усилие, очень интересно представляемое друидом, как поворот вспять дробления той самой крупицы, что поселилась у него глубоко в голове, и вот он может прочитать на корке солидного с виду тома, выполненного из пергамента, и обитого шкурами всё то же слово. “Шаманизм”.

Несколько секунд Гха-римм смотрел на эту надпись на ребре книги, и удивлялся, как, всё же, восхитительно, но в то же время до отвращения инвазивно работало заклинание языков. Мгновение назад на полке витиеватые буквы незнакомого ему языка соседствовали с куда более грубыми палками и завитушками алфавита торасса, а сейчас - и те, и другие буквы сливаются в слова. В понятные, но, чем дольше смотришь на них, тем больше тебя мутит, в попытках заглянуть под поверхность приведенного к единому виду букв. Ты не сможешь их написать, у них даже нет, на самом деле, никакой формы. Просто эпических размеров чары, залезающие прямо вглубь твоего восприятия. Магия, прямая, как выпад копьём. Могущественная, но лишенная всякого изящества.

Проморгавшись, чтобы согнать с глаз восприятие букв, раздражавшее буквально всё естество друида, он плавно выудил из полки книгу, написанную на рашеми, затем цикл лекций, а затем и тот обитый красной тканью талмуд. Все они, одна за одной, отправились в волшебную сумку полуорка, после чего тот, зацепившись взглядом за всё еще находившийся в подвороте рукава листок, отправился по центральной аллее до конца. Там располагались такие же, как и на входе в библиотеку, двери, за которыми начинала свой путь широкая, поднимавшаяся по спирали лестница, которая вела на находившиеся выше этажи Башни Сокровищ Дракона.

Большая каменная дуга, и вот он уже стоит у входа в галерею, что пересекает весь этаж насквозь. В ней, и на пролёте, что он только что прошёл, по сравнению с лестницей, что вела к библиотеке, было, к удовольствию друида Смерти, куда меньше света. Крупные светосферы бесконечного свечения сменили заточенные в разрозненно расположенные фонари вечнопылающие огни. Некоторые из фонарей были покрыты солидным слоем копоти, пыли, или одному Маску ведомо чем, и потому создавали в галерее приятный глазу полуорка полумрак.

Неспешно прошествовав насквозь, он не повернул к очередному открывавшимуся витку лестницы, а вышел на широкий балкон, открывавший вид на запад, в бесконечно прекрасную глубину фиолетового-синего неба, на котором сквозь редкие облака пробивались незнакомые Гха-римму звезды, собираясь в неведомые ему созвездия. Затворив за собой дверь, он опустился на холодный камень. Суставы его с тихим чавкающим звуком начали выворачиваться наизнанку, чтобы принять, после преобразования, совсем иную форму. Поры на коже его закричали от боли, когда сквозь них на свободу стали пробиваться темно бурые перья. Каждую кость в теле его в очередной раз пронзила острая, как игла, молния боли. Расправив крылья, друид в форме коршуна направился к лесу.

Несколько минут полёта, и вот он уже опустился на примеченную еще днем поляну. На ней пусто, довольно просторно, и тепло, словно лето еще не покинуло… Что? Этот реалм был рукотворным от сил, что прибивали камни к земле, до луны, что едва светила сейчас, на исходе своего убывания. Сердце леса. Секунда боли, и вот уже не птица, а снова друид стоит под незнакомым небосводом. Вынув из рукава клочок бумаги, на которой написано слово “Рост”, друид сначала в голове своей, шаг за шагом, воспроизвёл ход этого заклинания. Затем, присев, и восстановив после полёта дыхание, он отворил свои внутренние каналы. Он, отрешившись сейчас от всех лишних на данный момент ощущений, целиком и полностью отдался воплощению простейшего заклинания, какое он только знал.

Аркана текла из его жил холодным и вязким месивом болотной жижи, вперед, по пальцам обеих рук, державших листок, насыщая энергией слово, которое он сам начертил на листе. Начало, воплощение, финал. Все эти шаги запечатлевались на бумаге, так, что при воспроизведении нужно будет лишь добавить в самое начало цель. Друид не спешил, позволяя всей необходимой энергии до конца соскольнуть с его пальцев и впитаться в, как показалось ему, чуть добавившие изумрудной зелени графитовые буквы.

Минута, чтобы передохнуть. Избыточная роскошь, как мог бы сказать любой наблюдавший сейчас за ним со стороны колдун, разбиравшийся в магии природы, но Гха-римму было некуда спешить. Он хотел понять, насколько различается магия его родного мира от того, где в ближайшем будущем, с ухмылкой подумалось ему, предстоит обучать ему молодых волшебников. Плавный вдох. Среди всей растительности, что окружала сейчас друида, ему нужно было уловить и прочувствовать что-нибудь одно. Например небольшой куст дикого шиповника недалеко от него. Подходит. Сосредоточившись только на нём, Гха-римм попробовал передать это направление, эту цель в лист бумаги с заклинанием, которое он предварительно сотворил. Ничего больше. Никаких дополнительных подпиток, никаких каналов. Если и использовал он сейчас магию, так только для того, чтобы понять, получилось ли у него.

ООС: Уважаемый мастер, позвольте узнать, получилось ли сначала сотворить свиток заклинания Роста растения, а потом применить его.
Последний раз редактировалось Гхаримм 19 май 2019, 15:46, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
ДМ Замка Драконов
Обстоятельства и ход событий
Обстоятельства и ход событий
Сообщения: 462

Re: Последовательное изучение. Первая глава.

Сообщение ДМ Замка Драконов » 16 май 2019, 18:43

Гхаримму следовало бы помнить, что даже на родном Фаэрнуе для создания магических свитков требуются специальные чернила и бумага. А простой пергамент и графит для этого не годились совсем. Точнее, возможно бы и сгодились, с определённой ритуальной подготовкой. Но сейчас друид попросту бомбардировал своей сырой магией ни в чём не повинный листок с расписанием, и единственное, что тот смог сделать - медленно рассыпаться в прах, прямо в руках у преподавателя.
Вместе с тем, Гхаримм ощущал, что привычное ему "Плетение" имеет совершенно иную форму в этом мире, при этом оставаясь, в сущности, тем же самым. Проводя аналогии, это ощущалось так, словно кто-то переписал его любимую книгу от руки. Сюжет и персонажи остались теми же самыми, но вот детали и слова были совершенно другими.

Аватара пользователя
Гхаримм
Преподаватель
Преподаватель
Сообщения: 23
Анкета парсонажа: http://academymagic.ru/corner/user/2654

Re: Последовательное изучение. Первая глава.

Сообщение Гхаримм » 05 июн 2019, 19:47

За искорками жара, пробежавшимися по его жилам, пришел живительный, влажный, сырой, вязкий, восстанавливающий холод движущихся по его телу потоков магии. Давно уже заглядывающий за грань предела своих способностей, он с удовольствием изучал, как текли они по его телу в этом мире. Гха-римм даже на несколько мгновений закрыл глаза, чтобы всласть погрузиться в протекавшие в его руках ощущения. Но вот, стоило лишь друиду открыть глаза, как уголки губ его тронуло лёгкое разочарование. Он увидел, как листок бумаги, присоединяясь к выпущенным на свободу потокам энергии, сплетаясь, соединяясь с ними, прекращал своё существование, не выдерживая напряжения. Сразу же следом за этой эмоцией, поверх и поперёк, на лице полуорка проявилась появившаяся из глубины его сущности улыбка.

- Ничего нового, - то ли отвечая на возникшую в нем эмоцию, то ли подводя итог своему эксперименту, сказал он вслух самому себе. Поводив рукой из стороны в сторону, Гха-римм позволил праху, еще имевшему остаточные формы листа, окончательно развеяться по ветру. Взмахнув плащом, он вновь обратился коршуном, и низвергнул себя в бесконечную глубину чернеющей синевы ночного неба. Далёк еще был час волка, и потому у друида Смерти, гостя, и нового обитателя реалма Академии Серебряного Дракона, еще было предостаточно дел.

Ответить

Вернуться в «Библиотека»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 0 гостей